НА ПЕРЕПУТЬЕ…

Дикий Дон

(ОБОБЩЕНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ НАБЛЮДЕНИЙ)

– Никому больше не хочу служить. Навоевался
за свой век предостаточно и уморился душой страшно.
Всё мне надоело, и революция и контрреволюция. Нехай бы
вся эта… нехай оно всё идёт пропадом! Хочу пожить возле
своих детишек, заняться хозяйством, вот и всё.

(М.А. Шолохов, «Тихий Дон»).


СВЕРХУ ДОНИЗУ

С момента порочного зачатия «казачьего ренессанса» минула четверть столетия – достаточный срок для попытки некоторого промежуточного подытоживания растянутого в новейшем времени этносоциологического феномена и честного ответа колоритному седобородому старику, завсегдатаю самых первых казачьих посиделок, взывавшему тогда же, в конце 80-х, к классике: «Не надо разрывать могилы – неизвестно, что оттуда появится!..»


В том, что это так называемое «возрождение» с первых своих дней было порочным сомнений нет, ибо началось оно не потому, что Отечество остро нуждалось в воскрешении канувшей в лету цивилизации воинов-пахарей (советское государство ничуть не страдало от отсутствия данного организационно оформленного военизированного реликта), а потому что в эпоху ельцинско-горбачёвских разборок каждый из «радеющих за народ» господ-товарищей искал л ю б у ю точку опоры, способную посодействовать в схватке за личную неограниченную власть, ввиду чего на льдинах-осколках разрушенной псевдодемократическим половодьем некогда монолитной Империи, неизвестно куда несомых мутными перестроечными волнами, возникали самые экзотические общественные образования: от Союза Скифов и Сарматов России (а аббревиатура-то у болезных будет похлеще, чем у нынешнейКазачьей Партии Российской Федерации!) до относительно быстро структурировавшихся казачьих организаций. Конечно, нельзя было отнимать у людей право поиграть в ролевую игру, если она помогала им хотя бы ненадолго забыться, сколько-нибудь смириться с годами унижения и с фактическим истреблением их предков. Но можно ли было принимать эту ролевую игру всерьёз, тем паче начатую в политической подворотне картонного постсоветского карнавала?

Вопрос, похоже, из разряда риторических. Однако попытаться разобраться и дать честный ответ надо, ибо, как и тогда, казаки на перепутье, так как сегодняшние проблемы казачьего народа, развитие организационных форм его структур, сам правовой статус казачьих общин, многие с м ы с л о в ы е и з н а к о в ы е ориентиры остаются тесно увязанными с теми концептуальными конструкциями, которые были предложены российскому обществу самим «казачьим ренессансом» ещё в перестроечное лихолетье минувшего столетия. Внутренние противоречия казачьего движения тех лет обусловили и с у щ н о с т н у ю, и ф о р м а л ь н о - ю р и д и ч е с к у ю неопределённость казачьих организационных структур в наши дни.

История не терпит сослагательного наклонения, всё случилось – как случилось. И ежели представители скифо-сарматского альянса, коих была плешивая горсть на всю страну, сегодня практически сошли на нет, подвергнувшись неизбежной при любом политическом сектантстве маргинализации, то члены казачьих обществ, представляющие собой количественно относительно ощутимую (а значит и электорально более привлекательную!) величину, манипулирования лёгкости для были умело разведены высокопоставленными искусными напёрсточниками по разноликим стойлам – «вольным», «общественным», «реестровым», «республиканским» и прочая, и прочая. Хотя, если уж говорить откровенно, приходится согласиться с казачьим журналистом Андреем Сербой (Я в 1990 году встречался на Учредительном Круге "Союза Казачьих Войск" в весьма напряжённой обстановке когда расклад казачьих голосов учреждать  - не учреждать был 21 голос "За" а 20 голосов "Против" во главе Ефремовым с дона и его бригадой комсомольских деятелей. И когда учреждение прошло, Ефремов перекрутился и возглавил СКВ. Не можешь запретить - возглавь. Так вот Андрей Серба был действующим полковником ГРУ ну и конечно родовым казаком - этого у него не отнять. сказал казак  Гудвин)
в том, что самые что ни на есть «государевы» казачьи структуры, являющиеся де-юре всего-навсего «добровольным объединением граждан», практически ничем не отличаются «…от нигде не зарегистрированного, живущего без всякого устава «Евро-азиатского казачьего хутора имени товарищей Христофора Колумба и Патриса Лумумбы села Чудо-Юдова». Нет у сегодняшних станичников и каких-то особенных, «своих» прав, которыми не были бы наделены остальные, не являющиеся членами казачьих «кружков по интересам», граждане страны.

Кстати, злую (роковую?) шутку с возрождением казачьего народа сыграла изначальная фиксация воссоздаваемых традиционных территориальных образований (хуторов, станиц, юртов и т. д.) в качестве общественных организаций. Это отвечало состоянию его «растворённости» и «размытости» среди других слоёв населения постсоветской страны, но фактически бесповоротно блокировало перспективу этнической реабилитации… Как верно заметили весной этого года журналисты газеты «Аргументы недели»: «Казаки просто есть, как есть русские, украинцы, татары и другие народы. От того, что эти народы не состоят в некой организационной форме, признанной государством, от того что под эти организационные структуры не написаны и не приняты особые законы, регулирующие их деятельность, их существование не является менее реальным фактом. Хотя объединение их в той или иной форме и не исключается, но знак равенства между каким-нибудь ООО «Русские» и русскими вообще вряд ли кому-то пришло бы в голову ставить. Это справедливо в отношении всех народов, и только в отношении казаков, почему-то, применяются двойные стандарты». Далее авторы публикации пытаются дать оценку деятельности созданным вне подлинных казачьих чаяний формализованным фантомным структурам и ставят жирную безапелляционную точку: «Просто на дворе 21-й век, и пытаться придумать возможность госслужбы для рудиментарных и чисто декоративных сегодня структур – неэффективно и бессмысленно. <…> Можно создать манекен больного и накачивать его лекарствами, но самому больному от этого легче не станет. Скорее он наоборот начнёт проявлять от этого абсурда признаки скорого умирания. <…> Таким образом, оценивая деятельность Водолацкого, можно сделать вывод, что она была, возможно, очень эффективна. Только это была работа на благо манекена, формальной структуры, которая подменила собой истинное казачье возрождение. <…> …время ещё есть. Время на то, чтобы признать тупиковость и ошибочность реестрового пути и начать движение в правильном направлении. Движение в сторону возрождения народа, а не его манекена».

Иногда диву даёшься, как много времени требуется на осознание нехитрых, в общем-то, лежащих на поверхности истин. Сколько лет ушло на понимание всей порочности (и опасности!) с маниакальной настойчивостью насаждаемого извне термина «казачество» (сравните – «бурячество», «калмычество», «кабардинство», «алеутство», «адыгейство», «татарство» и т. д.). Очень важно понимать: г л а в н ы мобстоятельством, создающим существенные проблемы для реализации права казачьего этноса на самоопределение в рамках действующего законодательства Российской Федерации, является сознательная подмена (причём на уровне государственной национальной политики – достаточно вспомнить «кремлёвский свежачок» от 17.10.13 № 778, с издевательско-исчерпывающей фразой-пощёчиной о «гражданах, в установленном порядке добровольно в с т у п и в ш и х в казаки») понятий «казаки» и «казачий народ» совершенно не идентичным им понятием «казачество». Ведь оперируя термином «казачество», статус которого имеет функциональный окрас и аналогичен видам службы МЧС, МВД и т. п., мы сами волей-неволей исключаем казачий этнос из системы правоотношений в сфере национального самоопределения под предлогом отсутствия его правосубъектности.

И ещё. С головой уйдя в заведомо тупиковое ностальгирование (нередко под запотевшую!) по полумифической казачьей жизни – «такой как раньше», все представления о которой (в лучшем случае)обусловлены едва зацепившемся в памяти дедовским полушёпотом, но никак не собственной биографией, окончательно запутавшись в круговерти многолетнего выклянчивая у власти нафантазированной однажды службы, мы сами не заметили, как внутри казачьих организаций наметился весьма нездоровый крен и станичники остались …без женщин! В том смысле, что казачки практически ушли из общин и это горький факт, о котором не принято гутарить в полный голос. И действительно, всё закономерно, им же не служить… То ли дело – мы! казаки-мужчины! люди-воины! Ну да, ну да. Перечитайте циркуляр от семнадцатого октября.

Говорят, н а р о д жив, пока жива его песня, которую поёт над колыбелью м а т ь, и рассказанная с е с т р о й сказка, через язык и образы которой ребёнок делает свои первые шаги в познании мира, пока ласкают слух б а б у ш к и н ы пословицы и поговорки… Не бывает однополых народов. Ветхозаветная попытка практикования ряда видов девиантного сексуального поведения привела к весьма прискорбному итогу в виде finita la comedia в районе Мёртвого моря. Не хотелось бы думать, что лукавый век повсеместного торжества «толерастии» приведёт к вытеснению казачьего триколора стягом цвета радуги…

Но, вернёмся к началу нашей беседы. Итак, с момента появления первых казачьих объединений Новой России прошло двадцать пять лет. Много это или мало? Гм, как посмотреть. К своему четверть вековому юбилею Василий Сталин прошёл путь от сперматозоида до генерал-майора, а за вдвое меньший срок Третий рейх успел образоваться, завоевать полмира и погибнуть. Казачий народ до сих пор «возрождается». Что ж, всё относительно.

И, тем не менее, ощущение закономерно наступившей после затяжной пробуксовки общей стагнации жизнедеятельности казачьих структур любого ранга (и особенно «официальных») не покидает ни на минуту. Более того, яркой иллюстрацией сего печального факта служит активизация (читай: традиционное межсезонное обострение) со стороны таких неуёмных деятелей казачьего политбомонда как Юдин, Бузинов, Афромеев и иже с ними. Как ни крути, смастыренные этими «ловцами душ» из числа «реестровых дезертиров» компании «любителей республик и бекеш» – не что иное, как «банды Фомина» со скидкой на 21-й век. То есть – отображение о т ч а я н и я и массового р а з о ч а р о в а н и я в Войсковых казачьих обществах со стороны незаметно состарившихся в стационарной очереди на госслужбу романтиков. Можно по-дружески подшучивать над «переметнувшимися» собратьями, но осуждать их нельзя. Да и в чём вина этих пассионариев, многая лета принимавших на веру транслируемую отовсюду ложь о «государевой службе», которая уже вот-вот, почти что скоро, не извольте сумлеваться, а пока донесите фотографии с уголком, плюс справку из соседнего ЖЭКа и т. д. и т. п. Театр абсурда с колоссальным запасом прочности, где пожизненный абонемент на бесплатные посещения представлений будет унаследован правнуками. А в какой-нибудь альтернативной структуре этим альтруистам и идейным аскетам прямо на входе суют в руки плацебо в виде вкладыша в аусвайс, где сбыча стародавних мечт о «казачьей державе» умещается на красочной бумажке размером с сигаретную пачку. Ура! Здорово! Жалко только, что туфта.

Наблюдая в течение длительного периода времени за шатающейся, но настырной и не желающей уходить в небытие массой людей в лампасах, власть поняла: если не можешь ликвидировать «пьянку» – возглавь её. Упирающегося осла бесполезно тянуть вперед и уж тем более бить. Всё гораздо проще. Берётся палка и к ней привязывается сладкая морковка. Фокус готов! Сидишь себе преспокойно на ослике и держишь у него перед глазами морковку, а он хочет её достать и бежит вперёд: «Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!»...

Время, как известно, безжалостно и неумолимо. Рано или поздно «морковка» вянет, сохнет и скукоживается – наступает политическое банкротство, когда жёванные-пережёванные байки о госслужбе не воспламеняют даже гендерно подходящих граждан старше восемнадцати и младше шестидесяти. К тому же, спокойный сон сильных Дона сего нарушается свербящими мыслями о том, что наступит день и казаки возопиют: «Где деньги, Зин?». А суммы, спущенные сверху за более чем десятилетний период на имитацию службы списочной братии таковы, что начинает пахнуть жареным. Все понимают: обнародование итогов независимого аудита войсковой калиты способно подвинуть в топ-рейтинге скандалов даже сердюковско-васильевскую табуреточную сагу. Как быть? В этом случае концептуальная идеология подвергается ребрендингу и потенциальным чревоугодникам предлагается свежая «морковка»: айда в КаПРФ – Казачью партию Российской Федерации! За свою землю! За алтари и очаги! Ух ты, ишь, ты! Дождались: «Вот она, власть-любушка, все ровные!..»

Посмотрели казаки. Покрутили-повертели. Примерили даже. Поняли: «народные фронтовики» верстают новых дураков – рекрутов для идеологического ристалища. Послали подальше. Не прокатило.

Благо урожаем Господь не обошёл, всего вдоволь, а уж «моркови» и подавно: новая «фишка» от «уполномоченных по казацтву» в Ростовской области – ГАУ «Казаки Дона»! ГАУ – это государственное автономное учреждение, которое, если верить СМИ, поспешившим пропеть осанну очередной неоидеологической «заманухе», будет «заниматься реализацией государственной политики в отношении казачества на территории Ростовской области». Хуторяне и станичники в недоумении: неужели ВКО «ВВД» занималось чем-то противоположным?! Впрочем, создание ГАУ – вопрос, похоже, решённый. Дон в ожидании своего ГАУляйтера.

А пока – дабы в перспективе не было системных сбоев и свежая «морковь» всегда была под рукой – заинтересованные в этом процессе озаботились не только «теплицей» для выращивания сего востребованного продукта, но и добротным, укомплектованным ответственными сотрудниками «овощехранилищем». Почётная роль «идеологических аграриев» отведена недавно созданному в стенах новочеркасского политехнического университета НИИ ИК и РКР – Научно-исследовательскому институту истории казачества и развития казачьих регионов.

Справедливости ради надо сказать, что трудятся там действительно достойные, заслуженные учёные, но …не пересохла ли пуповина, связующая кабинетных мыслителей с промазутченными селянами? Вот что говорит по этому поводу один из наших станичников: «Прошлой осенью довелось мне побывать на Верхнем Дону. Скажу прямо – более апокалиптической картины я ещё не видел! Станицы и хутора, практически обезлюдевшие, с поголовно спивающимся населением – от мала до велика, не преувеличиваю! – сплошь и рядом встречают случайно забредших путников крест-накрест заколоченными оконными глазницами давно брошенных, осиротевших куреней. Разворованные донельзя бывшие колхозы-миллионеры навевают тоску похлеще тарковско-балабановского синематографа. Маракотова бездна бесконечного падения – морального и материального; ужасающая своей чернотой бездонная социальная воронка.
Иной раз, глядя на что-либо подобное, нет-нет, да и ворохнётся-вырвется подлючее, щемящее глотку определение: точка невозврата...
…Скажите, разве можно прийти в эти уже полумёртвые населённые пункты к ещё полуживым людям с «выработанной в кабинетных верхах» национальной идеей? Каким макаром? С доктриной, распечатанной на листах формата А-4 шрифтом Times New Roman 14-м кеглем?»

…В сфере ЖКХ практикуется небезынтересная схема. Берут какое-нибудь проворовавшееся ООО «Жилремонт», искусственно его банкротят, а сами учреждают, скажем, ООО УК «Жилремонт» – по сути, всё то же самое, только в профиль. Игра букв. Даже мебель в офисе не меняют. И директор тот же. И цветы на подоконнике. Только расчётный счёт в банке другой…

У ветеранов казачьего движения устойчивое состояние déjà vu, ибо на их глазах – с регулярностью достойной лучшего применения – происходило и происходит нечто подобное: сегодня практически любой из них может похвастать относительно небольшой, но со вкусом собранной коллекцией самых разных ксив – от замызганных картонок СК ОВД и СКВРиЗ до отпечатанных на «Гознаке» фирменных удостоверений ВКО «ВВД». Документы стали штамповать с водяными знаками, вот только жизнь казачья как была, так и осталась кустарно-самиздатовская…

Один ныне здравствующий московский литератор не так давно написал: «Казаки нужны стране, когда она развивается: воюет, осваивает новые земли, хозяйствует. Тем, кто больше всего озабочен поддержанием общероссийского болота как оптимального состояния общества, тем, кому рабство важней любой пассионарности, казаки не нужны. Им нужны ряженые. Этих ряженых наше время поставляет в изобилии».

Очень хочется с ним поспорить. Да вот только не получается.

…И В САМОМ СЕРДЦЕ

В Новочеркасске, как в зеркале, та же картина, что и везде, только оттенённые лёгким столичным флёром цвета кажутся более контрастными. Так сложилось не в одночасье: происходившие в небольшом городе на Бирючьем Куту события издавна становились лакмусовой бумажкой для больших общероссийских социальных преобразований – Донская Вандея, 1962-й год, «казачий ренессанс»… То ли ещё будет?
(О Новочеркасском расстреле написано достаточно, а вот события происходившие в то же  время в Краснодаре усиленно замалчиваются даже сегодня.  сказал казак Гудвин)

« …на высоченном отроге придонских холмов расположено некое царство. Царство, где всегда хлёсткий ветер и переменчивое в настроении небо.
Небольшой, но и немаленький город Новочеркасск. Не красавец, но вполне пригожий. Не молодой, но и не старый. Часы его жизни отстукивают третье столетие, ловя в отражении циферблата лет бурное прошлое и, наверное, – не очень спокойное будущее.
Но стоит ли загадывать? Стоит ли беспокоить даже собственную судьбу? И всё же… Неодолимо манят беззвучно тикающие Часы Времени», – сказанное год назад нашим земляком писателем Владимиром Конюховым не только восхищает изяществом слога, но и заставляет иначе, более пристально взглянуть на необыкновенный город, задуматься о его судьбе и роли в истории России вообще и Дона в частности.


…В 2013 году в казачьей столице случилось доселе неслыханное – впервые за всю постсоветскую историю не был проведён Большой Круг Новочеркасского казачьего округа. И это при том, что Круг должен был быть отчётно-выборным, ведь полномочия окружного атамана окончились ещё в июне – полгода назад!

Несмотря на то, что окружной Устав предписывает о б я з а т е л ь н о е ежегодное проведение Кругов, оставшиеся до Нового года считанные дни не позволяют надеяться на соблюдение г-ном окружным атаманом требований и норм о с н о в н о г о документа Новочеркасского казачьего округа. Более того, сам Устав Округа (в новой редакции) сокрыт от станичных простолюдинов за семью печатями начальника штаба данного структурного подразделения Войска. В частности, казакам станицы «Средняя», дерзнувшим ходатайствовать об ознакомлении с последней редакцией окружного Устава, начальствующий над штабом Округа чинуша бросил что-то вроде: «Атаман в отпуске, приедет – тогда и приходите, почитаете…». Это что же получается, если Президент России в загранкомандировке, то и Конституция под замком?!

Анекдотичность ситуации ещё и в том, что всего лишь полтора года назад г-н окружной атаман, всячески упражняясь в острословии, не упускал возможности прилюдного «упрёкометания» в огород бывшего градоначальника. Дескать, мэр, всячески отсрочивая свой ежегодный отчёт перед депутатами городской Думы, ведёт себя «не по-мужски», «трусливо прячется», «бегает от доверивших ему управление Новочеркасском» – ну и прочие штампованные речевые клише. Воистину, в чужом глазу…

Глядя на эту вялотекущую «атаманофрению», не отучившиеся самостоятельно мыслить казаки начали роптать и всё более требовательно говорить о том, что давно уже назрела необходимость не только «внутриокружной инвентаризации», но и подготовки пакета документов для судебного разбирательства с виновником(-ками) многолетнего системного подлога, заключающегося в многочисленных фальсификациях и подтасовках документов, фактическом обмане Президента и Правительства России. Причин тому несколько:

а). в официальном письме на имя одного из жителей Новочеркасска от 11.03.2011 № 11.1/20-Г директор Департамента по делам казачества и кадетских учебных заведений области утверждает, что численность Округа составляет «до 1,5 тыс. человек»;
б). 07.07.2011 г. на официальном портале Правительства Ростовской области появляется информация, согласно которой численный состав Округа составляет 2711 человек;
в). 26.11.2011 г. газета «Донские войсковые ведомости» размещает на своих страницах информацию, согласно которой количество казаков Округа составляет 3369 человек;
г). весной 2012 г. в газетах «Казачья столица» и «Новочеркасские ведомости» в публикации под названием «Краткая информация о проделанной работе Новочеркасским казачьим округом в 2011 году» озвучено следующее: « …к участию в мероприятиях округа было привлечено в 2011 году 6213 человек».
д). в настоящее время на официальном сайте Администрации города говорится о том, что численный состав Округа составляет 1670 человек.

Это на бумаге. В действительности при проведении торжественных общегородских мероприятий в 2010-2013 гг. атаману Округа ни разу не удалось собрать казачью «коробку» численностью, хотя бы, 100 человек.

И финальным аккордом, подводящим резюмирующую черту под торжествующим в нынешнем Округе беззаконием и процветающим очковтирательством, может служить полученное казаками станицы «Средняя» из Главного управления министерства юстиции Российской Федерации по Ростовской области письмо-ответ от 11.11.2013 № 03-16885, где русским по белому сказано: « …казачьи общества, зарегистрированные на территории города Новочеркасска, в государственный реестр казачьих обществ в Российской Федерации н е в н е с е н ы». Тот случай, когда вместо «аминь» хочется сказать «амба»!..

Становится понятным, почему в преддверии Большого отчётно-выборного Круга Новочеркасского казачьего округа (нет, ну состоится же он когда-нибудь, в самом-то деле!) до настоящего времени не обозначились потенциальные кандидаты на атаманскую должность. Только совершенно отчаянный человек согласится взвалить на свои плечи бремя руководства абсолютно фантомным образованием. Бумажный Округ в реальности представляет собой ежевечерне запираемую на засов г-ном начштаба крохотную каморку на втором этаже городского Дома культуры. Всё остальное – легенды Платовского проспекта, постановочное лубочное действо а-ля х/ф «Кубанские казаки» – ничего общего с наблюдаемой действительностью. (А ведь даже гайдаровский ватажный атаман Мишка Квакин имел полное представление о количестве стоящих за его спиной «штыков», хотя бы – дабы не опростоволоситься перед мальчишками при дуване награбленных яблок!)

Разительно контрастирует с так называемым Округом лишь один-единственный из его учредителей – станица «Средняя». Только с октября 2010 года по декабрь текущего года списочный (а в случае с названной станицей и фактический, подтверждённый реальным строевым смотром!) состав станичников(без учёта членов семей) увеличился на 56,5 % (с 345 до 542 человек), что по состоянию на сегодняшний день составляет 32,4 % от всего списочного состава казаков Новочеркасского казачьего округа (1670 человек – последняя количественная «версия», размещённая на официальном сайте нашего города).

Определяя наиболее важные и приоритетные направления деятельности станицы на перспективу, Правление станицы понимало и учитывало особенности современной эпохи, когда процессы глобализации и интернационализации внутри- и межгосударственной, общественной и частной жизни просто-напросто не позволяют казакам 21-го века жить исключительно «интересами одного дня». Ярким свидетельством такого понимания может служить разработанная и принятая станичным Кругом Программа развития общины на пятилетний период. Примечательно то, что в настоящее время ни Новочеркасский казачий округ, ни одна из других пяти входящих в его состав станиц, не имеют какого-либо аналогичного, рассчитанного на перспективу программного документа. Более того (как бы ни было грустно это констатировать), до сегодняшнего дня так и не озвучил свою футурологическую программу избранный шесть месяцев тому назад Войсковой атаман. Зато озвучил много такого, что стало ясно: лучше б ему и впредь воздерживаться от публичных выступлений…

Парадоксально, но самая сильная станичная община получает из окружной темницы городского Дома культуры не пироги да пышки, а лишь синяки да шишки. Что, в общем, не удивительно, ибо не ново – ещё десять лет назад новочеркасский краевед Вячеслав Фетисов писал: «Казаков стоявших у истоков возрождения стали лишать мандатов на Круги. На Кругах стал употребляться термин «Казачество», который относит казаков не к народу, а к сословию. Расказачивание стало проводиться другими методами. Многие из участвовавших в возрождении впоследствии были куплены путём зачисления их на оплачиваемые должности и стали участвовать в расказачивании». Вот и сегодня, облечённые властными полномочиями кликуши и откровенные негодяи, брызжа слюной и захлёбываясь от порождённого завистью бешенства, бомбардируют станицу и её атамана невразумительными писульками-пугалками в коих, как пел Высоцкий, «кричат, что я у них украл луну, и что-нибудь ещё украсть не премину – и небылицу догоняет небылица…»

Благо адекватный коллектив станицы знает подлинную цену и подобным клеветническим изрыганиям, и их лицедействующим авторам – трагикомичным персонажам из грим-уборной городского ДК, денно и нощно занятым сочинительством лживых пасквилей. Людей не обманешь. Тиражированием сплетен никто на станице заниматься не стал. Некогда. Своих дел по горло.

* * *

«Есть в океане некоторые некрупные стайные рыбы, которые при нападении хищников реагируют, по мнению учёных, неадекватно. Им бы разбежаться, чтоб ловить трудней было! А они, наоборот, сбиваются в подобие довольно плотной сферы. Жри себе, акула или тунец, с удобством в куче пищи. Странно… Глупее тараканов, что ли?

Биологи, те, которые ихтиологи, полагают, что рыбы поступают всё же правильно: у хищника разбегаются глаза, и он дезориентирован мельканием массы трудноуловимой добычи под носом – т. е. ему труднее охотиться в куче добычи, чем гоняться за каждым поодиночке. Мол, суньте руку в аквариум и попробуйте сами. Серьёзно!

<…> Умный прячет лист в лесу, а рыбу – в стае. Каждая спасает исключительно себя, прикрываясь другими в их огромном числе. С математической точки зрения – это оптимальное действие для снижения вероятности погибнуть до минимальной, приемлемой. <…> каждая рыбка сама по себе – ничто, а природу интересует только стая целиком. <…>

И на опасность эта стая, система, куча, – реагирует всегда одинаково: она сжимается! Угроза жизни? – уплотниться, сжать ряды, повысить концентрацию энергии системы!», – вот так образно известный писатель Михаил Веллер обрисовал то, что философия энергоэволюционизма величает «системообразующим инстинктом». Ему удивительно созвучно (хотя и с приличным разбросом во времени)вторит один из зачинателей-первопроходцев казачьего движения в Новочеркасске Анатолий Болтенко:«К концу 80х годов всё население страны находилось, так или иначе, под информационным биполярным давлением. Общество идеологически было разделено на две состаляющие части. На тех, которые "ЗА" и которые "ПРОТИВ". Причём, если говорить об истинной вере в свои идеалы "ЗА" и "ПРОТИВ" большинства людей, приходится констатировать, что веры то и не было, по сути. Была внешняя мимикрия, приспособление, вызванные назидательными уроками выживания в условиях многолетнего прямого террора со стороны государства. Это и сыграло со всеми нами злую шутку, когда советско-коммунистическая идеология рухнула. Что бы сейчас не говорили, а за советскую власть воевать никто не кинулся, за сохранение СССР никто воевать не стал. Началась вакханалия выживания, единственной идеологией которого был лозунг "Каждый за себя". Вспомните... Ведь это была самая настоящая психическая пандемия страха. Это был армагедон человейника, которому приходит жуткий конец. Терялись самые, казалось, простые ориентиры в жизни. Миллионы не знали, что будет завтра. Миллионы не знали, как накормить детей и как выжить самим. Все крутили головами в поисках информации, которой можно было верить. Все искали лидеров, которые расскажут куда идти и как выжить. Именно тогда сработал инстинкт природный, естественный, пожалуй, для всего живого в условиях сложных для выживания индивида. Инстинкт стаеобразования. Вспомните, сколько таких стай тогда образовалось. Они росли как грибы. На глазах образовывались клубы по интересам, клубы по политическим предпочтениям. Именно тогда возникли первые партийно-комсомольско-бандитские ассоциации, ставшие сегодня средним и крупным бизнесом. Именно тогда появились и наиболее сильные националистические объединения, которые одних привели к образованию независимых стран, других к относительной национальной автономии, некоторых к крушению надежд. Именно тогда, такие как я, нашли некоторое успокоение и ясность в дремавшем в подсознании стремлении к природному братству, единению, чувству локтя, чувству надёжного тыла. Только потом пришло понимание, что эту надёжность мне давало именно и только – казачье братство».

А раз мы постепенно приходим к выводу, что абсолютно любой биологический вид движим инстинктивным чувством гуртования в единые сообщества себе подобных, все вопросы целесообразности общинного станичного хозяйствования (пущай и в третьем тысячелетии) отпадают сами собой. Когда в среде многократно обманутых людей выработалось иммунное недоверие ко всему новому (грядущее ГАУляйтерство) вкупе с сознанием бессмысленности и тупиковости старого (пожизненная скамейка запасных в ВКО-шных стойлах), остаётся одно – выстраивание согражданства в рамках общежития своего этносоциума.

И для такого общежития, оказывается, не нужны никакие «смотрящие», «кураторы», «уполномоченные по калмычеству» и иже с ними. Нужно одно – определённая критическая масса единомышленников. Всё. Более ничего.

Именно поэтому, перестав ломать шею в беспрестанном задирании головы вверх с целью разглядеть в сокрытых облачной завесой гибельных высях властвующую вертикаль, станица «Средняя» начала налаживать прочные г о р и з о н т а л ь н ы е связи с такими же протрезвевшими от сказок чиновных краснобаев станицами и организациями. Всё меньше парадов и околоярмарочных хороводов – всё больше реальных дел: заключаются договора социального партнёрства и рамочные соглашения о сотрудничестве и совместной деятельности с казачьими общинами и образовательными учреждениями, завязываются новые знакомства, налаживаются партнёрские (в том числе экономические) отношения. Причём процесс протекает очень органично, без внешних толчков-импульсов – как со стороны станичников, так и со стороны друзей станицы.

Оказывается, не только хворь способна к стремительному вирусному распространению, но и выздоровление может быть не менее «скоропостижным».

* * *

В далёком уже 1997 году новочеркасский атаман Геннадий Недвигин, отвечая на вопросы журналистов, сказал: «С 1989 года казачество занимается возрождением. Я понимаю его по-своему, другие – иначе, третьи – никак. Так жизнь устроена. Чего мы добивались? Признания и положения. Как можно добиться этого? Только если есть финансы. Я пришёл позже, и мне в администрации говорили, показывая на других атаманов, вот, мол, они дураки, а Вы-то можете взять власть в свои руки. Я шёл, как торпеда, вникал, изучал проблему. Сегодня дело <…> в финансах». Спустя два года, беседуя накануне своего убийства с известной донской журналисткой Натальей Андреевской, Геннадий Петрович фактически продублирует свою мысль: «Экономика – вот что главное для казачества. Я это первый понял. Политика образуется сама собой, если мы будем сильны экономически…»
(Я пытался переговорить с Недвигиным незадолго до его убийства,  но он нашу делегацию   не принял мотивируя это тем,  что опасается убийства поскольку узнал что его уже заказали. сказал казак Гудвин.)
Он понял первый и первым ушёл – неудобный, несговорчивый, неуправляемый. Его не смогли «отформатировать» ни угрозами, ни посулами – только автоматными патронами определённого калибра. Однако и сегодня слова Атамана звучат чрезвычайно злободневно. Добавим к ним необходимость организовывать и развивать органы местного территориального общественного с а м о у п р а в л е н и я*(для старта – на базе низовых казачьих общин) – и можно считать вектор поступательного движения станицы определённым окончательно.


Декабрь 2013 года, Александр Писаревский,
город Новочеркасск казак станицы «Средняя»

http://gudvin5213.blogspot.ru